Меню доставки

Привет. Меня зовут Икасу.

Когда я родился, первое, что я увидел – это пуговица на халате акушера.

Я протянул руку и оторвал ее, потому что она была очень красивая.

От меня явно ждали не этого, а первого крика, но я предпочитаю сдерживать свои эмоции.

Наверное, с тех самых пор и началась моя страсть. Пуговицы. Круглые, квадратные, блестящие, матовые… Я собираю их уже много лет и раскладываю по стеклянным банкам.

Где я только ни находил их: в пасти у собаки, на железнодорожных путях, в стакане с вставной челюстью соседа, в заросшем овраге – там я нашел свою любимую, в форме креветки.

К счастью, люди повсюду теряют свои пуговицы. Когда я был ребенком, мне приснился удивительный сон: я сидел на коленях у странного человека в костюме и очках.

Он наклонился ко мне и прошептал: «Икасу, береги свои пуговицы. Они изменят мир». От него пахло чем-то вкусным, и тут я увидел, что его голова сплетена из лапши.

Много лет я не мог найти применения для своей коллекции. Единственное, на что мне указывали люди, — это дверь с табличкой «Пошив рубашек». И еще на ту, за которой ходят в белых халатах.

И вот однажды я пришел в такое отчаяние, что решил пойти к реке и разом утопить все пуговицы,

но по дороге увидел странный дом, веранду которого оплетал виноградник. Его ветви издалека напоминали лапшу.

Заглянув в окно, я остолбенел: вся комната была соткана из лапши! Так я нашел то, что искал. Пуговицы в моей банке заерзали от нетерпения.

Дождавшись ночи, я прокрался в комнату, схватил первое, что попалось под руку, и вышел вон. В моих руках оказалась связанная из лапши курица. Без промедления я нанизал пуговицу на ее лапу.

Тут птица недовольно выпучила глаза, клюнула меня в нос и с наглым кудахтаньем бросилась прочь.

Это была первая вещица из лапши, которую я оживил. В ту ночь я понял, о чем говорил тот лапшеголовый человек в моем сне.

На следующую ночь я нанизал пуговицу на фонарный столб, что стоял возле того дома, но как только свет залил окрестности, кто-то потащил меня за воротник.

Это была вязальщица – девица с длинными косами и хитрыми глазами.

Амибо угостила меня гречневой лапшой и рассказала, что вяжет уже много лет. Так мы и стали творить вместе. Амибо – вязать, а я – оживлять все, что она делает.

Больше всего я горжусь летающей тарелкой со спрутом на борту и Стремительным индюком, который легко разгоняется до неприличной скорости. Только Стремительный индюк может догнать Кота. Кстати о Коте…

Пару лет назад мы нашли на лужайке бездомного котенка. Он быстро вырос в неуемного обжору, который без остановки снует из стороны в сторону, догоняя очередную креветку или убегая от индюка.

Вся еда, оставленная на виду, с поразительной скоростью исчезает в глубинах его желудка. Надо бы посадить его на диету.

Пррриветствую вас, друзья. Как меня зовут? Те двое, с которыми я живу, взяли моду обзываться.

Амибо – дамочка с длиннющими косами - называет прохвостом, а Икасу – тот длинный, с постной физиономией – наглым обжорой.

На самом-то деле у меня благородное имя – Манэки Нэко. Впрочем, можете звать меня хоть Мурзиком, хотя за последствия не ручаюсь!

Последнее время я весь на нервах из-за этой проклятой диеты. Пять жалких порций в день!

Это доставляет мне великие страдания, ведь больше всего на свете я люблю есть лапшу.

Заладили: «Толстое пузо, толстое пузо»… Да я могу в прыжке схватить зубами змею, ползущую по потолку, и располосовать её на шнурки.

Я в отличной форме, не слушайте этих доходяг.

Я очень ловкий и у меня железная хватка. Ни одна рыбина не уплывет от моих острых когтей, ни одна птица не ускользнет от моих зубов.

Помню, как в детстве охотился на огромную курицу. Я был хилым котенком, а добыча – вдвое больше меня, но я все равно настиг ее в два счета.

Курица, правда, оказалась не настоящей, а связанной из лапши, но все равно я наелся от пуза. После этого меня и подобрали Амибо и Икасу.

Она вяжет из лапши, а он продевает ее в пуговицы, и предметы начинают оживать и двигаться, развлекая меня.

Они скачут по комнатам, а я догоняю их и съедаю. Самым быстрым был бегающий стул, я с особым удовольствием откусил у него одну ножку.

Только тихо! Не говорите Амибо! А то натравит на меня своего Стремительного индюка.

Он кошмарный и больно клюется, зараза!

Самое приятное, что есть на свете – это натрескаться пшеничной лапши и развалиться в кресле.

Заходите к нам в гости, в «Мензу», и попробуйте сами, какое это наслаждение.

Здрасьте, я Амибо.

Больше всего на свете я люблю вязать. Я научилась этому прежде, чем произнесла первое слово. Так говорит моя бабушка.

В детстве я помогала ей вязать шарфики для ее попугаев. Кажется, они были от этого не в восторге.

Помню, как бабушка первый раз дала мне лапшу на обед. Я, не раздумывая, взяла спицы и принялась вязать из нее шарфик.

Увидев эту картину, бабушка даже рюмку мимо рта пронесла. Назвала сумасшедшей и заставила съесть мое творение. Было очень вкусно.

Стеклянная лапша до сих пор моя любимая. Но все-таки шарфик было жалко.

С тех пор я стала вязать из лапши и достигла в этом совершенства.

Не люблю хвастаться, но за пять минут я могу связать фрак для бегемота, а за полчаса – небольшую планету.

В нашем доме все сделано из лапши. Даже наволочки и обложки для книг.

Свои творения я больше не ем, потому что теперь они живые: булькают, ползают, скачут.

Не верится, что когда-то они были неодушевленными, а дома было тихо и скучно. Сейчас расскажу, как все изменилось.

Однажды утром меня разбудило кудахтанье.

Открыв глаза, я застыла от неожиданности: курица, которую я связала накануне, внезапно ожила и теперь как ни в чем не бывало расхаживала по моей спальне.

Я осмотрела птицу: на ее лапу была нанизана странная пуговица. Как только я стянула ее, курица безвольно шлепнулась на пол и больше не шевелилась.

«Быть может, бабушка была права и у меня не все дома? Или тут творится что-то странное», - подумала я.

На следующую ночь я спряталась под одеяло и стала ждать, что же будет. Во дворе послышалась странная возня. Сжимая в руках спицы, посмотрела в глазок.

На лужайке сидел какой-то тип и старательно нанизывал пуговицы на фонарный столб, сплетенный мной давным-давно.

И вдруг фонарь осветил пол-улицы! Я схватила за шкирку испуганного чудака.

Оказалось, что он собиратель диковинных пуговиц. Увидев мои творения, он понял, что сможет оживить их с помощью своей коллекции.

С тех пор мы с Икасу стали творить вместе, и по дому заскакали ожившие креветки, сталкиваясь с летающими тарелками и планетой, извергающей пуговичную лаву.

Как-то Икасу обнаружил в моем саду голову несчастной курицы, которую он когда-то оживил.

Рядом с ней пузом кверху отдыхал белый котенок и сыто урчал. Мы подобрали бедолагу.

Теперь он уже не тот ободранный котик, а огромный прожорливый прохвост, который пребывает только в двух состояниях:

либо ест лапшу, либо вешает ее нам на уши, замышляя стащить что-нибудь повкуснее.

Стоило мне отвернуться на минуту, как он съел мой любимый заварочный чайник, связанный из пшеничной лапши.